Перейти к содержимому






Фотография

Портрет времени

Написано Nepanov, 21 Сентябрь 2022 · 134 просмотров

МЕТОД ОКЕНЧИЦА

Сейчас трудно припомнить, что навеяло это чувство – тишина уютного двора, беззвучно падающий снег в свете ярких фонарей, – но был момент, когда, подойдя к первому подъезду дома № 5 по улице Теплый стан, я ощутил сладостное предчувствие новизны…

НУЖНОЕ СЛОВО

Интуиция не подвела: сюрпризы начались с первого шага. Набрав на домофоне требуемый номер и назвав фамилию жильца, услышал приветливый голос консьержки: «Проходите, пожалуйста». Шагнув за порог, обнаружил, что нахожусь в маленьком коридоре перед второй железной дверью, оснащенной таким же электронным «стражем». Справа небольшое окно с форточкой – я еще раз назвал жильца, затем себя. Дамочка позвонила, кому нужно и что-то там нажала: запоры пали – вход открылся.
И я оказался в…
Вся трудность – в подборе нужного слова. Сказать: «в сказке» – выйдет банально. Впрочем, этот вестибюль, по понятиям жителя «хрущевки», огромен и чист. Хорошая плитка на полу, но такая ли это редкость сегодня? Холл украшен игрушками, картинами, цветами, но и это все – не очень дорогое удовольствие. Наконец, замечательно, что есть здесь диван и кресла, письменный стол и цветы – но ведь и это не ново. Так что, с формальной стороны, пафос сравнения попридержать бы. Ан, нет! Не случайно ведь сказано: стиль – это человек. Так и здесь – убранство говорит о жильцах: о, эти люди знают секрет благополучия, умиротворяющего уюта и благородства.
Благородство – вот слово, которое искал; оно соткалось из атмосферы вестибюля…
Но слово нашел сейчас. А тогда, помню, увидев табличку над комнатой консьержки: «Сегодня дежурит Самоварова Валентина Сергеевна», обратился к гражданке Самоваровой с неуместным вопросом: «И все это – своими руками?». Любезная гражданка Самоварова тут же пустилась в сравнения, из которых стало ясно, что живет она в таком же подъезде, но ничего подобного в нем нет; и что все вокруг – благодаря инициативе старшего по подъезду, к которому я пожаловал.
Тут Владимир Антонович Окенчиц подоспел и повел гостя к себе, но сложным путем: сначала поднялись на десятый этаж, посмотрели, как там люди живут, затем лестничным маршем спустились на девятый и восьмой – убедились, что и там не хуже, и только потом – к хозяину на пятый. Пока ездили и ходили, он успел рассказать о многом: о том, что облицовка, диваны, кресла, картины, цветы и ковры – все жильцами принесено; о том, как комнатку для консьержей делали исключительно по специальному проекту; об уникальной же системе тревожной сигнализации рассказал; о наградах и премиях. И только потом обмолвился, что дому двадцать восьмой год пошел. И случилась эта обмолвка, между прочим, в лифте.
- И вы хотите сказать, что этому дому двадцать семь лет? – выдохнул я и показал на новенькие кнопки лифта и стены без царапин, надписей и прочих следов варварства.
На этот выпад Владимир Антонович ответил спокойно:
- Четыре года назад и здесь было загажено. Лифты тоже. Наши женщины отмыли стены, а я дыры заклеил, замазал – купил автомобильной краски и покрасил. Как новое теперь…
Диалог короткий, как и поездка в лифте, поэтому конец фразы Владимир Антонович произносил уже на площадке десятого этажа, где на стенах – ни царапины, ни пятна от окурка.
- И никто не рисует? – подавленно спросил я, вспоминая иные подъезды.
- Понятия такого нет, - с удовольствием ответил Окенчиц. - Смотрите: курить люди выходят – баночка, веник, совок. А здесь веселые картинки повесили.
Я взглянул на картинку и, вдруг, увидел, как изображенный на ней нахальный кот, ловящий аквариумных рыб, прищурил глаз...
- Фантастика, - сказал я.
- Метод! – отреагировал Владимир Антонович. Но, признаться, внимания тогда на это слово я не обратил…

НОВЕЙШАЯ ИСТОРИЯ

Прежде – немного статистики. В подъезде Окенчица шестьдесят три квартиры. В сорока пяти из них проживают шестьдесят три пенсионера – случайное совпадение, между прочим. Но Владимир Антонович назвал еще более грустные цифры: в четырнадцати квартирах живут пенсионеры-одиночки, а в семнадцати – пары пенсионеров. Всего из ста сорока трех жителей подъезда работает чуть больше шестидесяти человек. Шесть из десяти – пенсионеры, тут же прикинул я. И, помня о доходах несчастных стариков, спросил: «Как же вам удается все это?»
И тогда Окенчиц поведал новейшую историю подъезда – последних пяти лет…
О том, что было в подъезде «до того», можно обрисовать несколькими словами: открытый черный вход, подростки от 15 до 18 с ближайших микрорайонов, пиво, наркотики, мат, глумление над стариками. Последнее особенно задевало Владимира Антоновича. За себя он не боялся: в свои семьдесят выглядел подтянутым спортивным мужчиной, да и роста был не малого. Его задевать шпана не решалась, но немощных стариков унижала с патологическим удовольствием.
Поставили домофон. Но первый опыт закончился провалом: кодовую систему быстро «рассекретили», и подъезд вновь заполнили наркоманы и продавцы ближайшего сельскохозяйственного рынка, приходившие сюда ночевать.
Вот тогда-то за дело взялся Окенчиц. И в 1997 году на входе появилась надежная система. Затем, после событий в Печатниках, решено было поставить вторую дверь с домофоном. И еще постановили сделать комнатку для дежурных по своему проекту – чтобы окно обязательно выходило во двор, а второе – в маленький коридор при входе. На собрание пригласили начальников ДЕЗ и РЭП, и заявили: только с окнами! Им сделали. Наконец, по своему же проекту оборудовали дежурный пульт: «чужого» консьерж может впустить в «предбанник», выспросить, кто и к кому и только потом нажмет кнопку запора второй двери. Есть здесь и телефон, подключенный к домофонной системе – дежурный может позвонить в любую квартиру. Есть и система тревожной сигнализации – кнопка связи с милицией. Дважды уже приходилось пользоваться – милиция приезжала через пять минут. Здесь же отопление, туалет, рукомойник, зеркало, шкаф, диван, телевизор.
За холл взялись в 1999 году. Кто-то поставил старенькие, но вполне приличного вида кресла. Потом появился диван. Ему поменяли обивку. А пледов принесли столько, что теперь их периодически меняют. Письменный стол появился. Цветы несли почти все – с подставками и без. Одна семья подарила детские деревянные игрушки – персонажи сказок. Ими оформили одну из стен. А поскольку в подъезде своих детей немного, из соседних подъездов и домов пошли юные экскурсанты. Кто-то опасался: украдут. Но Окенчиц сказал: пускай воруют, еще повесим. Но не исчезла ни одна игрушка – дети просили лишь снять и показать поближе.
В 2000 году оформление закончили. На следующий год подъезд получил грамоту, деньги и набор дачной мебели: стол, четыре кресла и зонт. Это окрылило. Решили сделать уголок отдыха перед подъездом. Выложить плиткой. Но это уже совсем другие затраты.
- Отправился я как-то в Солнцево, - вспоминает Окенчиц. – Вижу: плиточный стенд. Попросил телефон и прайс-лист. Изучил, позвонил. Поехал на производство. Там молодые армяне работают. Оказалось, живут рядом с нами. Рассказал, что у нас в подъезде много пенсионеров и восемь участников войны – заплатить не можем. Но уж очень хочется сделать для них уголок отдыха. Ребята приехали, посмотрели, замерили, но спросили: «Что взамен?». Я сказал: «Сделаю вам рекламу». Выступил несколько раз по телевиденью и в местной газете, и везде говорил об этих плиточниках. Они сами все сделали: в шесть вечера приехали на КаМАЗе, привезли плитку, песок, цемент; и в 15 минут первого закончили работу. Теперь там у нас цветы. Да такие, что с соседних домов ходят и просят рассаду.
- Рассада-то откуда? Дендрарий рекламируете? - спрашиваю Окенчица.
- Скажу, откуда деньги, - говорит он, и тон при этом, замечаю, как у заговорщика. – Повесил в холе объявление: «Уважаемые любители пива! Просим бутылки не выбрасывать, а ставить в ящик. На нужды подъезда». Под объявлением – пластмассовый ящик. И теперь у нас каждый день дюжина, а то и двадцать бутылок набирается. Консьержки сдают. За лето собрали 870 рублей. И купили рассаду. Второй наш источник – дачники-любители. Прошлой осенью, например, привезли семена георгинов, гладиолусов, нарциссов. И теперь у нас свой маленький ботанический сад…
И так всякий раз: Окенчиц несет в дом все, что мало-мальски может пригодиться. Возле соседнего магазина плитку укладывали – договорился с рабочими-азербайджанцами – отдали ему обрезки. В подъезде живет частник-строитель – принес «болгарку», нарезал из них плитку. Сделали дорожки, клумбы обложили.
Соседи увидели, что делает первый подъезд – тоже зашевелились. Первый подъезд цветник кирпичом обложил – то же сделал второй подъезд, третий, четвертый. Зачастили любопытные. Американцев как-то привезли – те головами кивали и щелкали своими «лейками»…

СИСТЕМНЫЙ ПОДХОД

- Ну, хорошо, - скажу я ему, - кресла да диваны, цветы да игрушки, картины да плитка – как говорится, с миру по нитке – голому рубаха. Но где, скажем, деньги на консьержей берете?
И вот тут Окенчиц вновь повторит слово метод. И расскажет о нем во всех подробностях и деталях. Чтобы не утомлять ими читателя, скажу только, что Владимир Антонович подошел к делу системно: учтя материальные возможности людей, их способности и характеры, разработал различные варианты оплаты дежурств. В конце концов, решили: платить по возможностям. Платят почти все – кроме двух жильцов, но, как говорится, в каждом стаде есть овца с особым мнением. А вот пример пунктуальности жильцов: до 20 числа каждого месяца приносят деньги дежурному и расписываются в журнале. Более того, оказалось, что самые аккуратные – пенсионеры: получают деньги и тут же идут к консьержке платить – первыми...
Системный метод применил Окенчиц и для поиска тех, кто охотно бы взялся помогать. И нашел таких: Галину Насанину, Виктора Макова, Татьяну Кирюхину, Людмилу Круглову, семьи Зверевых, Михеечевых, Гамзутовых...
- Везде так можно? – спрошу я Владимира Антоновича.
- Не везде, - ответит он, - но можно, если методику правильно применять.
И опять – о графиках, опросах, анализе, выводах и решениях.
- Это технология, - замечу я.
- Технология и мораль взаимосвязаны, - ответит он. - Чем человеку яснее цели и способы решения, тем легче делать выбор. И если он делает это сам, значит, отвечает за свой шаг. Мы сделали так, что наши жильцы делают выбор сами. Вот, собственно, суть метода…

КАДРЫ РЕШАЮТ ВСЕ

Вынося расхожий лозунг в название главки, ни на секунду не сомневался. Судьба Владимира Антоновича Окенчица – яркое тому свидетельство. В июле ему будет 75. Окончил два вуза: Горьковский университет – по специальности экономика и планирование промышленности, второе образование тоже экономическое. Направили его работать на один из оборонных заводов радиотехнической промышленности заместителем директора по кадрам и режиму. До прихода Окенчица завод был в запустении: каждый третий рабочий – пьяница. Через три года их не стало – он внедрил новый по тем временам метод работы, в основе которого – контроль. Открытый и, самое главное, жесткий.
Потом работал директором филиала научно-производственного объединения электронной промышленности – тоже оборонка. Затем – в научно-исследовательском институте экономики и информации научным руководителем темы и начальником научно-исследовательского отдела. За научно-методические разработки по работе с руководящими инженерно-техническими кадрами получил три медали: золотую, серебряную и бронзовую. По этим разработкам готовили руководителей производств, по нынешним временам – менеджеров.
Работа была связана с командировками по всему Союзу - 10-12 дней в месяц.
В 1986 году ушел на пенсию – по настоянию врачей. Но еще долгое время работал консультантом по своему направлению: науке управлять.
Вот откуда – метод Окенчица.

МЫСЛИ О ГЛАВНОМ

Главное, считает Окенчиц, – сближение людей. Жильцы познакомились. Стали общаться, поздравлять друг друга – в Татьянин день, например, поздравили всех Татьян подъезда. В мае собираются устроить день Галин – их в подъезде восемь. А еще он скажет о том, что теперь в лифт смело заходят дети и старики. О возникшем доверии скажет: родители оставляют ключи от квартир у дежурного и просят передать мужу, ребенку. Через дежурного же передают разные просьбы для членов семейства. Скажет Окенчиц и о том, что за последние несколько лет ни одного ЧП в доме, ни одной кражи.
Но больше всего меня поразит «тайный» список одиноких пенсионеров. Он в двух экземплярах: один – у Владимира Антоновича, другой – у его заместителя. В списке имена одиноких стариков и телефоны живущих отдельно их родственников.
- Появился список так, - скажет Окенчиц. – Работала у нас консьержка Элеонора Петровна. И случился у нее на дежурстве инсульт. Жильцы шли мимо, заметили и тут же позвали нашего врача и вызвали «скорую». Но когда начали разбираться – Элеонора Петровна не может сказать ни слова. Как сообщить сыну? Он прописан у матери, но живет у жены. Перерыли с Галиной Михайловной – она ее подруга – всю квартиру, и нашли книжку, где записан адрес Димы. Этот случай нас подтолкнул составить такой список. Тайный. С согласия стариков. Не все назвались: из 17 только 14. Но оказалось очень полезным делом... Когда видишь, как люди помогают друг другу, на душе теплее.
За этим «теплее» угадывалось недосказанное: нелегкая доля одиноко живущего пенсионера. Впрочем, на это обстоятельство Окенчиц даже не намекнул. Сказал другое:
- Когда меня встречают и говорят: «Владимир Антонович, спасибо за это, спасибо за то», - я получаю положительную энергетику и становлюсь здоровей. Людская благодарность – лучшее лекарство, поверьте…
Василий Дворыкин
(«Московская среда», № 9, 12-18 марта, 2003)





Обратные ссылки на эту запись [ URL обратной ссылки ]

Обратных ссылок на эту запись нет

Октябрь 2022

П В С Ч П С В
     12
3456 7 89
10111213141516
17181920212223
24252627282930
31      

Новые записи

Новые комментарии