Перейти к содержимому






Фотография

Портрет времени

Написано Nepanov, 01 June 2023 · 126 просмотров

Про бегуна на длинную дистанцию

6]“Повсюду маски и двойники, гримасы и клочья человека...

6]Все призрачно. Призрачны все партии, призрачны все власти, призрачны все герои революции. Нигде нельзя нащупать твердого бытия, нигде нельзя увидеть ясного человеческого лика. Эта призрачность, эта неонтологичность родилась от лживости...”

7](Н.А.Бердяев. Духи русской революции.)


6]“Чевенгур просыпался поздно; его жители отдыхали от веков угнетения и не могли отдохнуть”.

(А.Платонов. Чевенгур.)

Политик для площади или площадь для политика?

Предвыборный марафон 1995 года дал немало пищи для пристального изучения политических процессов, идущих в российском обществе. Один из этих процессов трудно считать собственно политическим. Он, скорее, на грани политики и эстетики. Не находя ничего более точного, назовем его “карнавализацией политики”.
Кто знает, руководствовались ли клипмейкеры некоторых блоков и партий идеями М.Бахтина, но факт налицо: в основу многих “клипов” положен один из главных принципов смеховой культуры: смех как средство освобождения от “ложной правды мира сего”, от официальной серьезности.
Вспомним классика: “Карнавал выработал целый язык символических конкретно-чувственных форм - от больших и сложных массовых действий до отдельных карнавальных жестов... На время карнавала... отменяется всякая дистанция между людьми, и вступает в силу особая карнавальная категория - вольный фамильярный контакт между людьми...”
Задал, помнится, карнавальный “тон” в предвыборном марафоне Константин Боровой. Его частушечные “клипы” достигли цели. Народ смеялся. И на экране. И перед ним. Не привыкший к жанру “официоз” нервничал и выносил предупреждения.
Схожей была тактика Бориса Федорова. В результате - на съезде “Вперед, Россия!” многие поняли, что “политический китч”, как главный инструмент предвыборной борьбы, избран бывшим министром финансов сознательно: движение “Вперед, Россия”, созданное в августе, могло стать заметным только при нетрадиционной пропаганде, с использованием “низовой” культуры. Эстетика съезда, кстати, напомнила многим Жириновского 1993-го года. Было отмечено, что Борис Федоров в 1995-ом — это Жириновский для интеллигенции. Стоит, кстати, отметить еще одну “находку” Бориса Федорова. Он поместил в “кадр” свою скромно выглядящую жену и двух привлекательных детей. Что сработало в пользу Б.Федорова: здесь он очень “домашний” и “свой”. Не с официального праздника, не монолитно-серьезный. Но из народа, из толпы. Из карнавала!..
В той же эстетике “клип” НДР с Никитой Михалковым в космосе: Никита Сергеевич с “товарищем” якобы летят над Россией и играют в детскую игру “в города”. Каждый город вызывал у Никиты Сергеевича и его “товарища” определенные ассоциации: в Саратове, например, “девушки”. Еще где-то колбаса вкусная. Одним словом: “Наш дом - Россия!”.
Парящий в “космосе” и играющий в детскую игру Никита Михалков, имеющий в реальности стойкий имидж циничного “барина”, баловня судьбы и прагматика, вызывал смех.
Мелькал на экранах ТВ Егор Гайдар, идущий по шпалам. Здесь авторы “клипа” не учли возможность самых неожиданных ассоциаций. Куда идет Егор Тимурович? И зачем? Возникали ассоциации с “последним вагоном на Север”, вспоминалась и известная дворовая (читай: блатная) песенка 50-х годов: “По шпалам, мля, по шпалам, мля, по шпалам...”
Образ был явно снижен - если не до карикатуры, то до шаржа.
Либерал-демократы также работали в жанре комического. Запомнился, к примеру, “клип”, в котором худосочный туповатый мужичок в постели лез за пазуху пышнотелой Дусе. Дуся взбрыкивала. Мужичок, в свою очередь, спрашивал, за кого таки Дуся будет голосовать? Не открывая глаз, Дуся сообщала: “За него (Владимира Жириновского). На остальных смотреть противно”.
Вызывал ли этот “клип” положительные эмоции у человека с эстетически развитым вкусом - еще вопрос. Вероятно, он был рассчитан на человека “от сохи”? Если да, то с оговоркой: человек “от сохи”, свирепеющий от американской “порнухи”, скорее всего, уже на уровне бессознательного не приемлет постельные сцены. Да и вид Дуси вряд ли ему по душе: толстая, рыхлая девка, ярко и безвкусно накрашенная. К тому же, не открывает глаз, что лишает ее психологического контакта со зрителем.
Дальше - больше. Толстуха явилась и в сугубо “патриотических” “клипах” - там, где В.В. отождествлялся с русским богатырем ”Красно солнышко”, а ярко накрашенная Дуся трясла пухлой ручкой вослед и томно ворковала: “С Жириновским не пропадешь!” Таким образом в предвыборном агитационном “клипе” электорату демонстрировали, с одной стороны, “русского богатыря” с сытой физиономией далеко не славянского абриса, с отчеством “Вольфович”, папой “юристом” и кличкой “либерал”, который как-то не очень укладывался в образ русского былинного богатыря, вошедшего в сознание каждого советского человека со школьной скамьи посредством букварей. С другой стороны - глуповатая, сытая толстуха Дуся, провожавшая “русского богатыря” Владимира Вольфовича Жириновского, уж совсем не укладывалась в представление о Ярославне, “белой лебеди”, которая “плачет на заборе”.
Не склеивался как-то патриотический образ “русского богатыря” “Добрыни Вольфовича”. Скорее, воспринимался, как карикатура на “гордость русской истории”, ее опошление...
В том же стиле пропагандировал и “Блок независимых”...
Все это привело к тому, что буквально на глазах предвыборная кампания превратилась в “карнавал”.
И “карнавал” уравнял всех!
И вот уже напыщенная “официальная” серьезность одних, натужное мессианство вторых, псевдопатриотическая истеричность третьих, туповатое стремление показаться умными четвертых - весь этот “контекст”, весь общий “карнавальный” фон привели к тому, что снижение образа возникало в самых нежданных ситуациях. “Карнавал” высвечивал то, что не предполагали “авторы”.
Скажем, появились у ДВР клипы, в которых голосовать за “порядочных людей” - сиречь, за Егора Гайдара - агитировали представители авангарда российской интеллигенции. Очень, например, хвалил ДВР Булат Окуджава, но на общем фоне криков о “сатанинском заговоре”, официозной помпезности и шутовства “низов”, как-то очень неуверенно выглядел сидящий в кабинете среди книг немолодой и тихо говорящий бард, кумир 60-70-х годов.
В другом “клипе” Гайдара и его команду хвалил Зиновий Гердт: “Если хотите свободу, если хотите жить в дивной стране, голосуйте за...”
Выходило тоже неуверенно и наивно...

Пойдет налево - песнь заводит, направо - сказку говорит

Очень важно для понимания “политического карнавала” - слово в нем. Речь политика может быть монологом. К монологу привыкли за годы безраздельного господства ЦК КПСС.
Но речь политика может быть и диалогом.
Впервые это продемонстрировал... Михаил Сергеевич Горбачев. Он начал скромно, с обращения к залу. Затем вышел на площадь к народу, который “никогда не разделяет пафоса господствующей правды... никогда не принимает всерьез патриотических лозунгов классового государства”. Только сломав привычные рамки официального монолога, можно было добиться успеха.
И М.Горбачев говорил, говорил, говорил. Об ускорении, о перестройке, о новом мышлении, о том, что хорошо бы жить лучше...
За ним появился Борис Николаевич Ельцин. И тоже вышел на площадь, к народу. И тоже говорил о том, что хорошо бы жить лучше. Потом появился еще раз - на танке. Но говорил о том же...
Потом появился Владимир Вольфович Жириновский. И тоже вышел на площадь к народу. И тоже вроде бы говорил о хорошей будущей жизни...
Потом появлялись другие...
И все говорили. Много. И - о том же...
Политические речи, очевидно, содержат общую черту: слово в них имеет двоякое направление - и на предмет речи, и на чужую речь, уже однажды кем-то сказанное “политическое” слово. Повторенное, вне контекста чужой речи, оно будет восприниматься, как стилизация, как пародия.
Природа известного высказывания Маркса о том, что история повторяется в виде фарса, видимо, как раз в том и состоит: повторенные политический текст, действие - воспринимаются уже как пародия на оригинал.
У Бахтина об этом так: “Если же лексический оттенок хотя бы до некоторой степени индивидуализирован, то есть указывает на какое-нибудь определенное чужое высказывание, из которого данное слово заимствуется или в духе которого оно строится, то перед нами уже или стилизация, или пародия, или аналогичное явление... Пародийное слово может быть весьма разнообразным. Можно пародировать чужой стиль как стиль; можно пародировать чужую социально-типическую или индивидуалистическую характерологическую манеру видеть, мыслить и говорить... Можно пародировать... и самые глубинные принципы чужого слова”.
Содержание политических “клипов” предвыборного “марафона” 1995 года - сплошное “повторение пройденного”. Пародия на него. А, значит, пародия на Горбачева и Ельцина, на Жириновского и Зюганова, на Лысенко и Баркашова; на “демократов” и “коммунистов”, на “патриотов” и “западников”, на “зеленых” и “голубых”, на телеведущих и адвокатов и еще Бог весть на кого. Весь этот фон говорильщиков создает условие для появления пародии. Вспомним, как в дни работы Верховного Совета СССР, когда транслировались заседания, появилось очень много пародий на народных депутатов. И теперь, во время “марафона” большинство монологов воспринимается как пародии. В феномене восприятия - акт сравнения, инверсия признаков.
Еще раз вспомним ноябрьско-декабрьский телевизионный экран. Вспомним, например, предвыборные, данные нам в “клипах”, выступления В.Черномырдина. Пафосный напор монологов премьера, его серьезное лицо, присущие только догматическим и авторитарным культурам, в сочетании с картинками “застойных” достижений, “попсовой” примитивностью песенки и “реальной жизнью” за стенами “Нашего дома” — все это давало вполне пародийный эффект. Более того, законы жанра должны были сыграть с премьером еще более злую шутку: постоянное появление неуклонного Виктора Степановича с натужными заявлениями: “Мы лучше других представляем положение в обществе и экономике!.. Мы лучше других знаем, что надо делать!” - в конце концов, могли вызвать раздражение телезрителя, именовавшегося в те минуты электоратом. Также наверняка раздражали повторы одних и тех же “клипов”, в которых была представлена ведущая “троица” НДР, а интонационный напор премьера отдавал истеричностью.
Или, окрыленный “космической удачей”, не замечая фальшивой искусственности пропагандистского сюжета, Никита Михалков пошел еще дальше в следующем “клипе”. В “кадре” - Никита Сергеевич. Командует: “Мотор!”. Звучит бравурная музыка. В “кадре” - плачущая простая русская женщина, припадающая на грудь генералу Льву Рохлину. Причитает: “Самый дорогой! Спасибо, дорогой! Если бы не вы... Все ребята в госпиталях говорят: “Если бы не генерал Рохлин, не жить бы нам на свете”. Клянусь господом богом!” После чего звучит “фирменная” песня: “Вместе с нами вперед пойдем, если дорог тебе твой дом”.
Вспомним Григория Алексеевича Явлинского. С одной стороны, перед народом представал тот, который знает как надо. С другой - Григорий Алексеевич, увы, не производил впечатления. Лидер “ЯБЛока” забыл, что политический монолог всегда серьезен и односторонен. Один и тот же монолог, трижды произнесенный, превращается в самопародию.
Вспомним и Владимира Вольфовича Жириновского, посягнувшего еще на одну историческую “гордость” России. Во время предвыборного “марафона” радиостанция “Маяк” почти каждый час передавала сообщение: “Нам нужна великая Россия! Владимир Жириновский”. Но фраза принадлежит Петру Столыпину. В “устах” Жириновского - не только плагиат, но и пародия. И пощечина “патриотам”!
И “Блок Ивана Рыбкинаобщался с электоратом посредством “клипов”.
Самые “выдающиеся” из них сотворены в том же жанре. Правда, площадь в них вырастала до размеров поля.
А в поле - корова и бык. И говорит корова быку человеческим голосом: “Вань, а Вань, а что такое мир?”
Бык: “Ну, как бы тебе попроще объяснить. Вон, видишь, к нам из лесу собаки бегут”.
Корова: “Вань, так это ж волки!”
Бык: “Волки говоришь?”
Клацает клетка - волк за решеткой.
Бык: “Вот теперь мир!”
Голос быка “за кадром”: “Блок Ивана Рыбкина”.
Голос коровы “за кадром”: “Голосуйте за Ивана!”
Голос быка “за кадром”: “Справедливость. Порядок. Мир”.
По той же технологии были сделаны “клипы” о “справедливости” и “порядке”: вопрос - ответ. Вывод, впрочем, тот же: “Голосуйте за Ивана!”
Корова Рыбкина заговорила языком политика - пародия!
Таким образом, атмосфера “карнавала”, заданная В.Жириновским, К.Боровым, Б.Федоровым и Ко, не только растворила традиционную напыщенность официального праздника, но и выявила фальшь тоталитарного монолога, показав нам пародию на на него, на весь спектр политической риторики в России. Именно поэтому были так фальшивы “патриотизм” Виктора Черномырдина и Владимира Полеванова, Никиты Михалкова и Василия Стародубцева, Бориса Громова и Сергея Шахрая. В общем пародийном контексте разрушилась и харизматическая серьезность Александра Лебедя. “Патриотизм” Станислава Говорухина также отдавал фальшью. “Патриотизм” В.Жириновского-”Красно-солнышка” и вовсе был карикатурен!..
Volens nolens, но вышло так, что предвыборная пропагандистская кампания 1995 года, используя прием пародии, осмеяния, во многом окарикатурила политическую жизнь.

Президент сходит с пьедестала

Ушел в прошлое предвыборный “марафон” 1995 года. Но не ушел “карнавал” с его пародией на политическую жизнь.
“Площадь”, где каждый день демонстрирует этот продолжающийся “карнавал” - экран телевизора. Вот только несколько последних “картинок”.
Диалог Жириновского и Анпилова в программе Любимова.
Карнавал!
Свадьба Жириновского.
Карнавал!
ЛДПР публично обвиняет Немцова в том, что он готовил покушение на Жириновского и на Ельцина, и обещает выкинуть Немцова из страны, когда придет к власти.
Карнавал!
Сносят ледяную скульптуру НТВ на Кутузовском проспекте - в отместку за критику власти.
Карнавал!
НТВ показывает из Госдумы репортаж, где камера следит за депутатом-мужчиной, зашедшим в женский туалет! Текст при этом - официальный.
Карнавал!
Что бы там ни говорили, телевидение перестало быть официальным! Персоны на телеэкране воспринимаются сегодня как “герои” политического шоу. Протокольное слово стерто пародией на него. Имидж - всегда стилизация. Значит, несет в себе потенциальную угрозу пародии!
КПРФ тоже попала в “карнавал” и таким образом перестала быть “официальной”. Вероятно поэтому сегодня народ не боится коммунистов. (Страх есть, может быть, только перед бывшей КПСС, но есть и “свойское” отношение к нынешней КПРФ, из “карнавала”.)
Эстетика политических событий насквозь “клиповая”, эстрадная или, как сейчас говорят, “попсовая”. В “попсовом” “клипе” эстетика выдает ложь: своей вульгарностью и пошлостью, банальностью и фиглярством, претензией на великосветскость и стиль, на вкус и утонченность. (Навеяно клипом Л.Долиной “В ресторане”.)
На фоне всех этих “клипов” и эротических шоу, “плейбоев” и фильмов ужасов, боевиков и заклинаний колдунов - “серьезная” политика, неизбежно повторяя чьи-то слова и жесты, несет в себе элемент пародии.
На том же фоне беспомощного убожества “экономистов” от “жилищно-коммунального хозяйства”, фальшивого радения о судьбах Отечества патриотов-истериков, карикатурных поползновений на власть мелких чиновников и авантюристов - одиноко и, в общем-то, в какой-то степени благородно, возвышалась до недавнего времени фигура нынешнего президента России Бориса Ельцина.
Объявив намедни о своем решении начать борьбу за кресло главы государства, президент, по сути, дал старт новому предвыборному “марафону”. Именно первые же его шаги по земле “малой родины” заставили вспомнить особенности “марафона”-95.
Прилетев в Екатеринбург, Борис Николаевич тут же заявил, что у него есть ответ: будет ли он участвовать в президентских выборах.
Затем Борис Николаевич вышел на площадь пообщаться с народом.
Затем выступил перед общественностью Екатеринбурга. Объявил, что принял трудное решение участвовать в борьбе за президентский пост. Раздал обещания, деньги и публично покарал...
Затем прибыл в Челябинск. Опять вышел на площадь к народу.
Сообщил ему кое-что о Чечне: “У нас не война. Мы их разоружаем”.
Затем выступил на митинге перед рабочими цеха № 6 трубопрокатного завода. С соблюдением всех формальных признаков митинга, включая резолюции и голосования. Но, главное, был броневик... извиняюсь, машина с помостом.
И речь была подобающая моменту. “Настроен я крепко, - сказал претендент. - Сейчас, понимаешь, нескольких министров снял за то, что не выполняют указы. Нескольких глав администраций снял за то, что не выполняют, понимаешь, указы и законы. И будем так действовать! Должна быть дисциплина и порядок! Как у металлургов”.
18 февраля “Итоги” подметили “парадоксальное сходство методов и приемов Ельцина-президента и Ельцина-первого секретаря обкома”, продемонстрировав архивные кадры: встречу со студентами в 1985 году в городском Дворце молодежи, где Ельцин 15 февраля 1996 года выступил со своим официальным заявлением.
Первые слова Ельцина образца 1985 и 1996 годов совпадали почти слово в слово: “Товарищи, сегодняшняя встреча планировалась давно. Мы искали веские основания для встречи, время и формы ее проведения...”.
История, понимаешь, повторяется как фарс...
Пародийность ситуации подтверждают и отклики в телесюжете “Итогов”.
Г.Бурбулис: “Мы получили некоторые воспоминания о временах минувших”.
В.Никонов: “Ельцин прямо пошел в народ... Он может проиграть в том, что различные средства массовой информации будут выхватывать определенные неудачные реплики и тем самым осложнять президенту жизнь”.
При чем же заголовок?
Все дело в слове “марафон”. Бегуны, как известно, делятся на спринтеров и стайеров. Первые рассчитывают силы на коротких дистанциях. Вторые - на длинных. Марафон - длинная дистанция. Главное - рассчитать силы...
Василий Дворыкин
20 февраля 1996 г.





Обратные ссылки на эту запись [ URL обратной ссылки ]

Обратных ссылок на эту запись нет

Новые комментарии