Перейти к содержимому






Фотография

Портрет времени

Написано Nepanov, 30 May 2023 · 146 просмотров

Триста первая ложь

425]«Но что всего приятнее: самую видную роль в этой поголовной руготне играют «новообращенные». Старые «управцы» - те усекновляют спокойно, без разговоров, точно пирог с капустой едят; новые – доказывают, полемизируют и предварительно кусают...»

М.Салтыков-Щедрин

«...Надо менять лица, господа русские!»
Эдуард Лимонов

Как-то в разгар предвыборного марафона 1995 года, давшего немало пищи политологам и любителям поговорить о превратностях российской жизни, пришла идея посмотреть на происходящее оком, вооруженным неким эстетическим, театральным моноклем. Впрочем, сам державный политический “театр” давал немало поводов к такому “взгляду” – политика была насквозь “карнавализована”. Клипмейкеры большинства блоков и партий, словно старательные ученики М.Бахтина, положили в основу рекламных предвыборных “клипов” один из главных принципов смеховой культуры: смех как средство освобождения от “ложной правды мира сего”, от официальной серьезности.
Помнится, попытка разобраться в происходящем открыла еще одну сторону “политического карнавала” – слово в нем. Напрашивался вывод: политические речи, очевидно, имеют важную особенность: однажды кем-то сказанное, а, затем, повторенное “политическое” слово звучит, как стилизация, как пародия.
Содержание политических “клипов” предвыборного “марафона” 1995 года – выглядело сплошным “повторением пройденного”. Пародией на него. А, значит, пародией на Горбачева и Ельцина, Жириновского и Зюганова, Лысенко и Баркашова; на “демократов” и “коммунистов”, “патриотов” и “западников”, “зеленых” и “голубых”, телеведущих и адвокатов и еще Бог весть на кого. Весь этот фон говорильщиков создавал – и создает поныне! – условия для появления пародии, в феномене восприятия которой – акт сравнения, инверсия признаков...
Ушел в прошлое предвыборный “марафон” 1995 года. Но не ушел “карнавал” с его пародией на политическую жизнь России. Более того, жизнь эта день за днем добавляет в галерею “клиповой”, карнавальной культуры новые эпизоды, новые образы, новые лики.
Лики – по импортной кальке – названы имиджами.
Имиджи ежемесячно выстраиваются в рейтинги – первый, второй, третий... двадцать шестой... сотый – волею экспертов, которые уж точно знают меру и знак влиятельности наших либералов и их антиподов.
Между тем, рядовой обыватель, он же – зритель (телезритель) видит эти лики, наверняка, иначе экспертов. Более того, в одном и том же лике разный зритель видит разный имидж. Потому что наш зритель еще и читатель. И имидж политика в глазах зрителя-читателя во многом зависит от того, какую прессу читает последний. А, значит, какой имидж ему внушен этой прессой, состоящей сегодня из газетных статей, больше напоминающих обвинительные заключения...


Выздоровление с “опережением”
(№ 1 – Борис Ельцин)

Из театральной азбуки: короля играет свита.
В ноябре “свита” играла “короля”. До операции. Но еще лучше – после. Она, например, сообщила, что первым же указом в 6 часов утра 6 ноября Борис Ельцин, отключенный от аппарата искусственного дыхания, вернул себе президентские полномочия, отобрав их у Виктора Черномырдина. Премьер, в свою очередь, сославшись на докторов, охотно пояснил народу, что “выздоровление Бориса Ельцина идет с некоторым опережением”. Удачно найденный оборот подхватили ответственные комментаторы.
Затем народ узнал, что президент подписал указ “О Дне согласия и примирения”. И вскоре начал “прием кремлевского хозяйства”: 19 ноября провел первую встречу с премьером Виктором Черномырдиным. Суть встречи выразил позднее пресс-секретарь президента С.Ястржембский: “всем придется отчитаться”. Это означало, что представителям федеральных властей предстоит держать ответ за произведенные в отсутствие президента действия и “просчеты”. Пресс-секретарь заявил также, что характер деятельности президента качественно изменился: если раньше президент в основном “работал с документами”, то нынче он перешел на жанр поручений, коих сразу издал изрядное количество.
Через день россиянам продемонстрировали пешую прогулку президента в окружении жены Наины, дочери Татьяны и внучки Маши, а также попавших в кадр охранников. Президент заметно лучше говорил и дышал. Он заявил, что сердце у него “уже не болит” и он “настроен по-боевому”.
22 ноября народу продемонстрировали, как Борис Ельцин переехал из ЦКБ на свою подмосковную дачу в Барвиху. И начал принимать государственных мужей.
Между тем, “свита” пустилась во все тяжкие. Каждый выпуск теленовостей начинался с ритуального выхода пресс-секретаря, объявлявшего об очередных указах и распоряжениях президента. Прочие, допущенные к телу, в своих интервью усиливали впечатление “опережающего выздоровления”. Телевизионные заявления г-на Ястржембского о том, что, вот, барин придет и покарает за “просчеты”, подкреплялись пространными статьями, в которых прорицалось, как президент поменяет “просчитавшихся”, обучит неумелых, снимет зарвавшихся “рыжих”. И поставит на их место чиновников, полезных простому люду.
Все эти “гудки в тумане” приносили плоды – в воображении обывателя из глубин подсознания выплывал некий мощный, возвращающийся из дока пароход, с новыми машинами и свежевыкрашенный. Любителям сказок грезился царь Горох, выкупавшийся в трех котлах – с крутым кипятком, вареным молоком и ключевой водой – и помолодевший статью и лицом...

Без галстука
(№ 2 - Виктор Черномырдин)

Еще раз вспомним ноябрьско-декабрьский телевизионный экран 1995 года. Вспомним, например, предвыборные, данные нам в “клипах”, выступления В.Черномырдина. Пафосный напор монологов премьера, его серьезное лицо, присущие только догматическим и авторитарным культурам, в сочетании с картинками “застойных” достижений, “попсовой” примитивностью песенки и “реальной жизнью” за стенами “Нашего дома” – все это давало устойчивый пародийный эффект. Более того, законы жанра, очевидно, сыграли с премьером более злую шутку: постоянное появление неуклонного Виктора Степановича с его натужными заявлениями: “Мы лучше других представляем положение в обществе и экономике!.. Мы лучше других знаем, что надо делать!” – в конце концов, вызвали раздражение телезрителя, именовавшегося в те минуты электоратом.
Похоже, в ноябре 1996 года Виктор Степанович решил урок извлечь и однажды предстал на экране с гармонью.
Появление на канале НТВ Виктора Черномырдина, играющего на гармошке, обозреватель одной независимой газеты немедленно объяснил “какой-либо случайностью”. Однако заметил при этом, что двумя днями раньше премьер-министр дал интервью и ОРТ. Присутствие премьера на телеэкране “в крупных дозах” показалось бдительному журналисту подозрительным: “как-то не вяжется с предшествующими годами полной закрытости вечно второго лица государства”, - заявил стоящий на страже русский публицист. И обратил внимание читающей публики на “поразительное сходство композиции сюжета с передачами Эльдара Рязанова трехлетней давности о Борисе Ельцине и его семье”. “Если Виктор Черномырдин вместо сухой и программной аналитики преподносит зрителю собственную, кстати, весьма симпатичную фигуру, то это означает не что иное, как начало новой предвыборной гонки... Раз он решился на это, то вероятность новых досрочных выборов действительно очень высока”, - вынес приговор автор.
На том выход “без галстука” в народ закончился. Премьер вновь стал пафосным и натужным, повторяющим свое любимое: “мы этого не допустим”.
Между тем, за премьером продолжали пристально следить. “На фоне болезни президента позиции Черномырдина усиливаются, даже если он сам того искренне не хочет”, – отметил вполне солидный журнал.
А однажды премьеру задали вопрос: бывает ли ему стыдно за свои решения? На что Виктор Степанович честно ответил: “Нет”. Правительство, по его мнению, работает “в целом нормально, стыдится здесь нечего”. Все беды премьер отнес на счет недобора налогов.
Вспоминался невольно герой М.Салтыкова-Щедрина...
Довершали имидж старого “управца” публикации, в которых отмечались “частые и продолжительные” – до 3 часов – встречи Виктора Черномырдина с Геннадием Зюгановым. “Как политик-реалист Виктор Черномырдин просто не мог не просчитать гипотетическую возможность того, что после сложнейшей операции на сердце Борис Ельцин так и не приступит к выполнению своих обязанностей, – писала одна популярная газета. – В этой ситуации не заручиться поддержкой Государственной думы было бы просто опрометчиво”.
Решительным премьер выглядел только однажды - в Лиссабоне. Он даже немного помахал руками, демонстрируя непринужденность и раскованность.
Когда же 4 декабря Совет Федерации не дождался Виктора Степановича и об этом радостно сообщили средства массовой информации, показав к тому же разгневанных мужчин Совета, зритель подумал: уж, не струсил ли наш премьер?..

Ленин с нами
(№ 7 - Геннадий Зюганов)

В ноябре лик лидера российских коммунистов-неортодоксов был отмечен спокойной уверенностью и удовлетворенностью текучестью дел по спасению России. Голос его еще более окреп в нижнем регистре. В позах проявилась сытая респектабельность, какая бывает у чиновников, плотно прилипших к тучному телу власти.
Но оппозиционную роль свою Геннадий Андреевич исполнял все также легко и прилежно. Так, на презентации своей книги “Россия – родина моя. Идеология государственного патриотизма” Геннадий Андреевич вновь предложил премьеру, двум спикерам парламента и лидерам крупнейших партий “сесть за общий стол для выработки программы действий по спасению страны”, ибо, по словам Зюганова, Ельцин “не в состоянии управлять кораблем, в топке которого нет горючего, в капитанской рубке которого каждый вырывает друг у друга руль, законы не действуют, а регионы-доноры начинают диктовать свои условия” (так вот откуда этот образ корабля!).
В воскресенье 24 ноября, после выхода указа президента о выводе войск из Чечни, Геннадий Андреевич появился на телеэкранах и обратился к русским людям – призвал бойкотировать указ президента. Держался оппозиционно и, вместе с тем, уверенно. На лице его сияла печать хозяина завтрашнего дня. Впрочем, рядом был хозяин газеты “Завтра” Александр Проханов. И тоже излучал уверенность и непоколебимость. Соратники по борьбе будили мысль: а не состоит ли действительная мудрость в том, чтобы пользоваться наличным материалом?..
Между тем, в имидж лидера КПРФ свои краски принялась вносить коммунистическая молодежь. Новая газета “Молодой коммунист” (сокращенно “МК”!) опубликовала интервью с Ричардом Косолаповым, который заявил: “Уход Зюганова не вызовет раскола в партии”. Академик обнаружил, что у Зюганова “какая-то иная идеология”, но не коммунистическая – “он строит параллельную идеологию, причем такую, которая отвергает марксистско-ленинское наследие”; академик также посчитал, что если Зюганов уйдет, то “партию нужно ценить выше, почитать больше, нежели отдельных людей”.
Еще один автор “МК”, Александр Березин убеждал читателей в том, что когда рухнет “этот мерзкий режим компрадоров”, то лидером может быть только Геннадий Зюганов, поскольку последнего “сегодня можно сравнить скорее с Лениным...”.
Раскованные сравнения молодых коммунистов напомнили пьесу Миколы Кулиша “Народный Малахий”. Герой пьесы почтальон Малахий Стаканчик, провинциальный служащий, пересидевший революцию “по принципиальным соображениям” в чулане и начитавшийся Библии и Маркса, сочинил проект “голубой реформы человечества” в отличие от реформы “красной” и “белой”. Затем отправился в столицу проводить свою реформу в жизнь. Всех несогласных объявил при этом “внеклассовой солидарностью злых”.
Что-то есть от Малахия в нынешних молодых коммунистах и прочих борцах с “солидарностью злых” - гораздо больше, чем в их старших наставниках. Они, как “тени забытых предков” в конце 90-х, сочетая в себе психологическую достоверность характера с демонстративной интеллектуальностью клоунады, – представляют в результате все тот же гротескный реализм, “политический карнавал”.
Молодые коммунисты укрепляют веру в то, что этот политический жанр – даже с уходом зюгановых – даст немало пищи для фельетонов, но никакой – для будущей судьбы России...

Кепка из бронзы
(№ 4 - Юрий Лужков)

Лужков в ноябре — это сплав непоколебимого, всесокрушающего патриотизма и победно идущего по бескрайним просторам России хозяйственника, любимец пенсионеров, военных и отдельных региональных лидеров.
Символ же хозяйственника – кепка.
Кепка в ноябре начала бронзоветь.
Первый налет металла проявился после того, как мэр Москвы выступил с заявлением “Севастополь – российский город на Крымском полуострове”, в котором написал, что он “тщательно изучил” этот вопрос, “познал и перечитал первоисточники” и пришел к выводу, что Севастополь – российский город на Крымском полуострове. Поэтому, по мнению мэра Москвы, “российская сторона должна ставить на переговорах с Украиной вопрос не об аренде г.Севастополя, а о точном соблюдении всех имеющихся законодательных актов, в том числе и Беловежских соглашений”.
Еще больше кепка побронзовела с выходом в свет статьи-прогноза “Куда ведет дорога от храма Христа Спасителя”, опубликованной в “Новой газете” под рубрикой “Клуб президентов”. Автор писал, что “тот из претендентов (Черномырдин, Лужков или Зюганов), кто возглавит кампанию по изгнанию Лжедмитрия (т.е. Чубайса – В.Д.) из Кремля и освобождению Бориса Ельцина из “подмосковного Фороса”, может тем самым сделать самую главную заявку на победу на будущих президентских выборах, затмить в сознании избирателей образ изгоняющего бесов Лебедя (эта роль как будто написана для мэра Москвы)”. Автор также считал, что с началом 1997 года “вполне возможна конкуренция между Юрием Лужковым и руководством КПРФ за влияние в Совете Федерации, за симпатии избранных губернаторов-оппозиционеров”.
Обладает ли необходимым опытом мэр российской столицы, десятимиллионного государства в государстве? – интриговал читателя вопросом автор. И отвечал: “Люди в стране уже чувствуют, что выдвижение Юрия Лужкова началось... Думаю, что органы внутренних дел и безопасности, натерпевшиеся от огульной критики, организационной чехарды и недофинансирования, будут сочувствовать приходу “крепкой руки”...
Рассуждения привели автора к необходимости приступить к формированию общефедеральной структуры (партии, движения) в поддержку выдвижения Юрия Михайловича Лужкова в президенты Российской Федерации. Вместе с тем, по его мнению, “альтернативой созданию организации как промежуточному шагу на пути к президентству может быть только приход Юрия Лужкова на пост председателя правительства Российской Федерации”.
Были и другие явления непреклонного мэра народу московскому, а также российскому.
Целеустремленного мэра только однажды подвел видеоряд.
Было это так: популярный телеведущий не менее популярной программы московского телеканала услужливо прочел мэру в прямом эфире письмо, в котором сторонница строгих нравов и поклонница мэра хвалила его за его лицо, “по которому сразу видно, что товарищ не стремится спать с девушками”. На что неуклонный и честный мэр простодушно ответил: да, дескать, не стремлюсь спать с девушками, а “сплю” и “просыпаюсь” исключительно с проблемами москвичей.

О пользе омовения помоями
(№ 5 - Борис Березовский)

Назначение г-на Березовского на пост заместителя секретаря Совета безопасности вызвало немедленный шквал откликов и комментариев. Крайне негативно реагировала на это назначение оппозиция. Геннадий Селезнев заявил, что за один стол с г-ном Березовским не сядет. Лидер КПРФ Геннадий Зюганов одобрил коллегу. В ответ, пресс-секретарь президента г-н Ястржембский напомнил: “Борис Ельцин ни разу не позволял себе вмешиваться в процесс назначения госслужащих в Совете федерации и в Государственной думе”. Глава правительства России Виктор Черномырдин отказался комментировать заявление председателя Думы. При этом премьер выразил сомнение в том, что г-н Березовский будет курировать в СБ экономический блок вопросов. “Я не вижу ничего плохого в назначении Бориса Березовского на этот пост, однако, скорее всего, по моему мнению, он будет заниматься вопросами связи с бизнесом”, – уверенно сказал Виктор Черномырдин. Секретарь СБ Иван Рыбкин посчитал нетактичным вмешательство в назначение в СБ, которые делает президент. Он заявил, что назначение Березовского и Майорова “прошло все стадии согласования”. Рыбкин также отметил, что Березовский будет курировать в СБ вопросы, связанные с финансовым взаимодействием с Чечней.
Всезнающая пресса, в свою очередь, немедленно употребила заместителя секретаря СБ по отчеству. На авансцену вывели Бориса Абрамовича. Публика в партере напряглась в ожидании...
Обозреватели принялись упражняться в изощренных прогнозах: для одних – внезапное назначение г-на Березовского стало “своего рода сигналом к охоте на будущего президента”; были такие, кто думал, “будто г-н Березовский начал подсиживать Анатолия Чубайса”; некоторые посчитали, что г-н Березовский “самоотверженно взвалил на себя чудовищную ношу”; “сращение финансового капитала с политическим из тайн и слухов стало явью”, – отмечали прозорливые.
Но лакомством – “сахарной косточкой” – оказалось так называемое “двойное гражданство” Бориса Абрамовича. Особый интерес выказала газета “Известия”. В номере от 31 октября она поместила вполне нейтральную подборку информации под общим заголовком “В стране совершен дворцовый переполох”. Но уже 2 ноября газета помещает редакционную статью “Ужель тот самый Березовский?”, в которой берется ответить на вопрос: является ли Борис Абрамович Березовский одновременно еще и гражданином Израиля?
Ни положительного, ни отрицательного ответа газета, впрочем, не дала.
На следующий день “Известия” опубликовали перепечатку из израильской газеты “Джерузалем пост”, в которой уличили-таки Бориса Абрамовича в “двойном гражданстве”.
22 ноября газета указала, что назначением на пост зам секретаря СБ РФ г-на Березовского, имевшего израильское гражданство в момент назначения, был нарушен федеральный закон “Об основах государственной службы Российской Федерации” – ст. 21, п. 3. “Кто подставил президента, подтолкнув его на нарушение российского закона?” - вопрошала газета.
“Иногда полезно окатить себя помоями...” – так называлась заметка политического обозревателя “Комсомольской правды” Павла Вощанова. Автор предположил, что скандал можно погасить только скандалом. И рассказал про якобы имеющийся у “двойного гражданина” документ, именуемый “грин-картой”, подтверждающий право иностранца постоянно проживать в США. П.Вощанов посчитал, что затем последует “эффектное разоблачение клеветы... Снова всплывет тезис: “Совсем замучили злобные антисемиты радетеля государства Российского!”.
Остро отреагировало на “исследование” “Известий” ОРТ: 2 ноября ее ведущий аналитик Сергей Доренко назвал “Известия” “демократическим гестапо” и заявил, что с этой минуты он, Сергей Доренко объявляет себя евреем, потому что ему так хочется...
Все это напоминало кадриль в сумасшедшем доме.
И только одна уважаемая и аналитичная газета справедливо назвала происходящее траги-фарсом. Она увидела трагедию и фарс в том, что, с одной стороны, г-н Березовский призывал в свое время к полюбовному соглашению с коммунистами (письмо 13-и), “приласкал” Невзорова на ОРТ, “Независимую газету” приобрел, которая тут же получила “розовые” тона; но, с другой стороны, коммунисты же первыми выступили против Бориса Абрамовича...
Наконец, на телеэкране появился сам Борис Абрамович. Он явно проигрывал бывшему секретарю СБ по части лапидарности слога и внешних данных: невысокий и сутуловатый, нескладный и суетливый, с блестевшей лысинкой – он говорил тихо, не отличался красноречием и при этом не знал куда девать руки.
Имидж благородного ратника на поприще спасения России пока не просматривался. Не научили, видать, как держать себя в мизансцене...

Евнух Ельцина
(№ 3 - Анатолий Чубайс)

Только Чубайс мог конкурировать с Березовским по части внимания к его персоне в ноябре. Но если публикации о первом были пронизаны ядом иронии и насмешки, то о последнем писали в более широком жанровом спектре: от филиппики до осанны.
Чубайс – единственный, кому Ельцин без всякой опаски может доверить самое ценное, что он имеет – свою власть, - написал обозреватель одной молодежной газеты и высказал нетривиальную мысль: “Чубайс - евнух президента. В том смысле, что никакого рейтинга у него совсем нет, он у него величина отрицательная”.
Автор молодежной газеты явно не заметил противоречия в своем высказывании. Как, все-таки: “никакого рейтинга у него совсем нет” или рейтинг есть, но - “величина отрицательная”?
В глазах же обывателя ноябрьский имидж Анатолия Борисовича был также противоречив, как высказывание молодежного журналиста.
С одной стороны, в параде рейтингов наиболее влиятельных политиков одна независимая газета убеждала читателя, что глава администрации занимает третью строку. С другой - в течение ноября средства массовой информации приложили максимум усилий, чтобы Анатолий Борисович предстал не токмо “евнухом президента”, но в обличье дьявола, дожирающего девственное тело России.
С одной стороны, ноябрьский номер журнала “Лица” опубликовал некий “документ”, попавший в редакцию из “кремлевских источников” и разработанный телевизионным рекламным агентством “Видео Интернэшнл”. Назван документ был так: “Анатолий Чубайс - политик 21 века” (план рекламно-имиджевой кампании”). План призван “создать и упрочить” в общественном мнении образа А.Б.Чубайса “как человека, с которым должно быть связано будущее России в наступающем 21 веке”.
Другое издание объяснило обывателю, что ни сам А.Чубайс, “ни его идеи, ни его окружение не в состоянии ни консолидировать национальные элитные группы и силовые структуры, ни выдвинуть сколь-нибудь вразумительные идеи для мобилизации народа. Они обречены действовать, как большевики после 1917 года, которым противостояла враждебная страна и они стояли перед выбором: или уничтожить любое сопротивление, или погибнуть”...
Одна газета убеждала своего читателя, что г-н Чубайс “приносит в Россию то, что действительно худо или бедно можно назвать западным стилем. И для нынешних чиновников, и для связанных с ними генетически бывших хозяев жизни - коммунистов это главная опасность... Анатолий Борисович — это знаковая фигура, символ, свидетельствующий о том, что Россия все-таки движется к западному устройству”.
Другое издание, предложило читателю мнение политика, ушедшего в тень и, одновременно, в Государственную думу. “Я считаю, что более реальные действия президента в случае действительно полноценного восстановления его дееспособности – это одновременное освобождение и Чубайса, и Черномырдина, – заявил политик. - Ельцин нарушил послевыборную этику, назначив Чубайса. Региональная элита приняла Чубайса как способного менеджера в предвыборной ситуации, но не более того. Она работала на Ельцина и надеялась на совместные решения в дальнейшем, а в результате получила посредника в лице Чубайса. Это психологический удар для регионов”.
“Чубайс необходим и Ельцину, и Черномырдину в качестве “прикрытия” – ведь они “хорошие” до тех пор, пока есть “плохой” Чубайс”, – писал один обозреватель и замечал, что по этой причине премьер вряд ли присоединится к “охоте на рыжих”.
Кличка “рыжий” явно снижала образ и разрушала монументальность плана “Политик ХХI века”.
А тут еще разразилась “война компроматов”. Появились “пленки”. И комментарии к ним.
Журналистика, как писал классик, – “поле для всех открытое, где всякий может свободно оправдаться, опровергать и даже в свою очередь клеветать. Без этого немыслимо издавать мало-мальски “живую” газету... Щадить врага – это самая плохая политика”.
Поэтому всяк владеющий пером хотел, чтоб правда воссияла. Целили в Чубайса. Но – видимо, рикошетом – и “отцу реформ”, товарищу Гайдару досталось: один пронырливый соглядатай обнаружил у него в вольном владении дачу любимой народной певицы, которую либерал-реформатор, якобы, снимал по бросовой цене – за 1 миллион рублей в год.
Впрочем, ляпать соратников – прием основательный, проверенный временем...
В самый разгар “войны”, под живым впечатлением только что прочитанных номеров, встретил я ученого соседа. “Что, говорю, сосед, слышно на фронтах компроматов?” А он мне в ответ: “Было время, когда меня ужасно волновал вопрос, какие исправники благороднее: те ли, которые служат по выборам дворянства, или те, которые определяются от короны. Иногда казалось, что выборные исправники благороднее, иногда, – что благороднее исправники коронные... Однако ж, взвесив все доводы pro и contra, я кончил тем, что сходил в баню и порешил: забыть об этом вопросе навсегда”.
С той поры я на него с большим уважением смотрю.
И, даже, здороваюсь при встрече первым...
Что же касается политического “театра”, то, вслушиваясь и вчитываясь в потоки “разоблачений”, “комментариев” и “прогнозов”, вспоминаю другие слова автора, процитированного моим ученым соседом: “...Между прежним, так сказать, дореформенным лганьем и нынешним такая же разница, как между лимоном, только что сорванным с дерева, и лимоном выжатым. Прежнее лганье было сочное, пахучее, ядреное; нынешнее лганье - дряблое, безуханное, вымученное... Нынче на сцену выступили лгуны малоталантливые, тусклые по форме и тенденциозные по существу. По форме современное лганье есть не что иное, как грошовая будничная правда, только вывороченная наизнанку. Лгун говорит “да” там, где следует сказать “нет”, - и наоборот. Только и всего. Нет ни украшений, ни слез, ни смеха, ни перла создания - одна дерюжная, чорт ее знает, правда или ложь. До такой степени “чорт ее знает”, что ежели вам в глаза уже триста раз сряду солгали, то и в триста первый раз не придет в голову, что вы слышите триста первую ложь”...
Василий Дворыкин





Обратные ссылки на эту запись [ URL обратной ссылки ]

Обратных ссылок на эту запись нет

Новые комментарии